понедельник, 10 декабря 2012 г.

Галичский "ампир". Часть 1. Предыстория

Во время составления списка “архиметок” района, прилегающего к линии Галич-Солигалич, меня посетило странное чувство. Представьте себе, что вы любите собирать грибы, и обычно вам попадаются несколько червивых сыроежек, пара лисичек, один белый, снова сыроежки... И так лес за лесом. Как вдруг вам встречается лес, в котором растут чуть ли не исключительно крепыши-подберёзовики...
Вот  так и галичские храмы на фоне разношёрстных культовых построек других охваченных мной областей (все окружающие Московскую + Ивановская) выделялись почти поголовной солидностью и... некой общностью, суть которой я сразу уловить не смог. Где-то в глубине сознания отпечаталось: “сплошное провинциальное барокко” - но этот вывод был сделан походя и автоматически. Большинство памятников получили оценку “довольно интересно”, при том что, находись они в “другом лесу”, им наверняка бы (на фоне окружения) было присвоено “очень интересно”. Но в  “гали-соличских” краях их было слишком много, они были слишком “какие-то  одинаковые”, к тому же фотографии  в большинстве случаев оставляли много вопросов...
Ситуация прояснилась при личном знакомстве с Галичской архитектурой этим летом. Многие из “довольно интересных” памятников меня просто потрясли. Что касается общности, то её выявление целью моей поездки не являлось. Просто на дороге встретились с интервалом в несколько минут храмы погоста Покров-Пема и села Туровское. Их сходство бросилось в глаза само собой: палладианское окно на неравностороннем восьмерике, пятиглавие на куполе восьмерика. Ну, бывает. Наверное одна артель работала, - подумал я. Когда вечером в гостинице я решил посмотреть, что собой представляет пропущенный мной храм на погосте Успенье (Льгово), я с удивлением обнаружил то же тройное палладианское окно и то же пятиглавие на куполе. И вот тут уже версия об “артели” начала давать сбои. Слишком непохожим были эти “похожие” храмы. Позднее в Москве я решил выяснить, сколько храмов в Костромской области имеют оба вышеназванных формальных признака. Оказалось - 16. Цифра меня удивила. Это уже явно не “артель”. С другой стороны, “общепопулярным” в масштабах России такое сочетание элементов тоже не было. В Московской области, по общему количеству храмов во много раз превосходящей галичский “островок”,  мне удалось найти только одну церковь с палладианским окном и пятиглавием на куполе: Хотеичи на Егорьевском шоссе. Дальше я попытался присовокупить к отобранным на первом этапе  храмы, обладающие хотя бы одним из двух признаков (допускались пятиглавия не только над 8-ком, но и над ротондой). Галичский список разросся до 34. При том что в Московской области палладианских окон нашлось от силы десяток, а с надкупольными пятиглавиями вообще случился “облом”: только “несчастная жертва реставрации” в Ново-Егорье. По всему выходило, что имеет место быть  чисто костромское явление, локализованное в районе Галича, Чухломы  и Солигалича (только один памятник удалён от этих городов более чем на 50 км).  
Локальные особенности - не диковина в русской архитектуре. Их масштабы простирались от использования единичных архитектурных элементов, как в случае с вогнутыми шатрами суздальских колоколен, до полноценных стилей - в случае с псковской архитектурой. Впрочем, Псков был когда-то отдельным государством, в Российской же империи практически все архитектурные стили носили глобальный характер. Локальные особенности касались обычно только одного какого-нибудь архитектурного элемента, как в случае с теми же суздальскими колокольнями. Рассматриваемый случай явно выходил за рамки “архитектурного “элемента”,  но и предположение о самостоятельном стиле казалось несерьёзным. Так и подмывало пошутить: “солигарокко-чухлоссицизм” (тем не менее, для простоты я буду далее в этом тексте обозначать исследуемую общность словом “чухлоссицизм”).
Чтобы прояснить ситуацию, я расположил 42 храма (к основным 34-рём были добавлены 8 “нефрормальных родственника”) в историческом порядке (по возрастанию дат окончания строительства) и попытался проанализировать их апхитектуру.

Список открывает Цареконстантиновская церковь Галича., которой в нём как бы и не должно было быть.


Дело в том, что в список включались, в основном, те церкви, где пятиглавие венчает восьмерик или ротонду. У Цереконстантиновское же церкви пятиглавие - на четверике. Вариант настолько распространённый, что никакого списка не хватит. Правда у Цареконстантиновской церкви над четвериком - не кокошники и не скатная кровля , а криволинейный (синусоидальный) купол. Но даже и таких храмов в России множество. Правда, в других регионах предпочитали подобные кровли завершать одной главой,  а в костромских краях - пятью. В одном только Галиче было несколько храмов с подобными завершениями. Советсвкая власть оставила только один - Васильевскую церковь.




Её необычный (а после беспощадной “реставрации” - мягко говоря, вычурный) профиль запоминается , наверное, каждому посетителю Галича: необычайно крутая синусоида купола имеет а основании почти горизонтальную область, на которую поставлены боковые главы. Впрочем, в список я включил не Васильевскую, а Цареконстантиновскую церковь, поскольку, помимо крутой синусоиды, она обладает ещё одним важным для исследуемого явления признаком, - компактностью пятиглавия. Боковые главы здесь как бы прижаты к куполу с боков, а не “воткнуты” сверху. Если мысленно снять с завершения кресты и обернуть его тканью, то отношение объёма воздуха и “камня”  под тканью будет иметь минимальное значение. Именно компактные пятиглавия будут нам чаще всего встречаться в дальнейшем.

Следующим номером в списке идёт построенная почти через 20 лет (1772) Воскресенская церковь села Пятница-Воча:



Несмотря на позднюю дату, это храм, судя по всему, был одним из первых сооружений типа 8к на 4ке в здешних краях. И строили его, видимо, не местные умельцы: выверенность пропорций и проработка деталей выдают руку опытного столичного мастера. Есть только один элемент, который, кажется, этой руке не принадлежит: 4 боковых главы будто наспех врезаны в купол. Они не сочетаются ни с угловыми гранями восьмерика, над которыми поставлены, ни с плоскостями купола. Непроработанность их формы, отсутствие декорации неприятно контрастируют с гармоничным обликом храма. Возможно, возникновение этих глав было вызвано любовью заказчика к пятиглавиям. Как бы то ни было, возьмём не заметку: любовь к пятиглавиям в галичских (в данном случае солигаличских) краях не только существовала, но и порой доходила до желания водрузить их на восьмерики вопреки здравому смыслу.
Следующая в списке - Воскресенская церковь посада Парфеньев (ныне Парфеньево) , построенная ещё почти через 20 лет (1790).




Как видим, события пока развиваются не слишком стремительно. На лицо то же стремление прилепить пятиглавие любой ценой, только теперь жертвой нерадивого архитектора пала ротонда. Увы, нерадивость архитектора этим не ограничилась. Облик храма в целом выглядит как непродуманная поделка провинциального подмастерья. Следует принять в расчёт, что Парфеньево территориально сильно удалено на восток от всех остальных памятников списка, так что не совсем понятно, следует ли его рассматривать  в данном контексте.

События слегка ускоряются,  и следующий памятник в списке появляется через 5 лет. Это храм в Якшино:




Грубость деталей не даёт усомниться в том, что это тоже провинциальное творчество. Впрочем, строитель здесь поступил хитрее: он сдвинул свечи боковых глав вверх по куполу, визуально отделив их от “чуждых” угловых граней 8-ка и приблизив к “родственной” центральной главе. В результате пятиглавие не режет глаз так, как это было в предыдущих случаях.
Кроме того, у Якшинской церкви впервые появляется  завершение 4ка фронтоном, пусть даже пока этот фронтон - “нарисованный”.

У следующего  памятника списка - церкви села Корцово (на фото слева), построенной в 1801 (а возможно, в 1810) году, фронтон - всамделишный (хоть и миниатюрный) - над апсидой.





Примечательно появление нового элемента, который позднее встретится многократно: широкие и низкие боковые главы-тумбы. Они хорошо сочетаются как с окнами восьмерика, так и с центральной главой, образуя с ними единую конструкцию. Купол восьмерика сведён к низкому шатру. Архитектор как бы скрыл его, сделав скорее вогнутым, чем выпуклым.  Боковые главы при этом стали играть примерно ту же роль, какую на куполах барочных церквей обычно выполняли люкарны.

Построенная в следующем году  церковь села Солда получила, наконец,  полноценный фронтон:




Боковые главы тут правда вернулись к форме свечей, однако удачно подобранные пропорции (главы визуально соотнесены не с широкой угловой гранью, а с узким окном) и помещение глав в изгиб синусоиды купола (как это было на Цареконстантиновской церкви Галича) придают конструкции изящество.

Ещё через год  в селе Мироханово была сооружена Троицкая церковь (на фото слева)


Она вообще не не имеет пятиглавия. Однако здесь впервые появляется палладианское окно и, что даже важнее, неравносторонний восьмерик.. Грани, расположенные по сторонам света, увеличены за счёт граней угловых. Такой восьмерик можно рассматривать как четверик со срезанными углами.  Это, конечно, не мирохановское изобретение: неравносторонний восьмерик имеется, к примеру, у Пантелеймоновской церкви в Питере, у московских церквей Петра и Павла на Нов.Басманной,  Троицы в Серебренниках, Сергия в Крапивках...  Однако там не было палладианских  окон. Такие окна  можно обнаружить на восьмерике ещё одной московской церкви: Архидьякона Евпла.



Их там целых 8, ну и восьмерик, соответственно, равносторонний. В результате грани восьмерика кажутся визуально перегруженнами, а конструкция в целом - массивной и не слишком изящной. Не случайно в дальнейшем в московских краях этот тип не прижился, палладианские окна встречаются, в основном, на ротондах и в количестве не более 4-х.  В Мироханове архитектор пошёл другим путём и достиг прекрасного результата: отмена равноссторонности позволила  разместить большие палладианские окна без увеличения размеров восьмерика и, соответственно, без потери изящества.


Продолжение:
Галичский "ампир". Часть 2. Начало