понедельник, 23 декабря 2013 г.

Троицкое

Отпуск этого года я решил потратить на путешествие в Буй. Причин такого выбора было несколько, и не последней из них было желание подробнее познакомиться с храмом села Троицкое. Дело в том, что этот храм оставался одним из белых пятен среди памятников, отнесённых мной к архитектурному направлению, мною же обозванному словом “чухлоциссизм”. В интернете нашлась всего пара снимков, фиксировавших только верхнюю часть храма и колокольню. Это меня несколько удивляло, поскольку Троицкое находится не в каких-то глухих лесах, а довольно близко от оживлённого шоссэ.  Вроде бы чего проще: чуть свернуть с шоссэ и пофоткать со всех сторон. В реальности, увы, всё оказалось намного сложнее. Но начнём по порядку.
Троицкое - это распространённый ныне в России тип “ненаселённого пункта”.  Вроде пара домов выглядит “живыми”, но ни людей, ни даже собак мы за время нашего визита не увидали. Зато колокольню церкви видать сразу за зарослями борщевика.



Хорошо хоть дорога к храму не заросла этой гадостью, и по ней можно относительно комфортно дойти до самого памятника, взирая на бескрайние костромские дали


И вот, наконец, перед нами тропка, ведущая непосредственно к храму. Почти без борщевика.


Колокольня просматривается прекрасно (она не слишком интересна), а вот сам храм - ну прямо как на фотографии, выложенной в интернете, и даже хуже. Только самый  верх.




И тут до меняя начинает доходить, почему предыдущие витязи не одолели дракона. Дело в том, что храм с трёх сторон окружён близкорастущими высокими деревьями, а с четвёртой - колокольней и деревьями пусть не столь высоекими, зато растущими внутри храма и даже непосредственно на нём самом. Обойти с юга и попытаться найти брешь в деревьях? Отличная идея, вот только придётся продираться сквозь девственные заросли борщевика высотой с человеческий рост. Да и найдётся ли брешь? Что-то она как-то не угадывается. Обходить с севера вообще нет смысла. Потому что против солнца, да и там вообще какой-то непролазный лес. Единственная возможность - зайти внутрь храма и уже оттуда попытаться прорваться “на какую-нибудь фотосессию”.
Первое, что встречается на пути, - традиционный вид “колодца” разорённой колокольни. В данном случе, колодец ещё не совсем пуст


За колокольней следует трапезная, над которой время поработало весьма прихотливо. Редкий случай, когда центральный пролёт уцелел, а боковые своды почти полностью разрушились, и через дыры в них тянутся к небу ветви рябин.


Образ на редкость романтичный, напоминает какой-то парковый грот.
Далее - основной объём храма. Он особого впечатления не производит.


Всё тривиально, как избушка в три окна. Даже фирменный чухлоциссистский неравносторонний воcьмерик не придаёт внутреннему пространству яркой индивидуальности. Да и архитектурной гармонией тут не пахнет.

Площадь помещения крайне невелика, при этом снаружи храм выглядит весьма внушительно. Секрет обмана - крутой, высокий и массивный переход от четверика к восьмерику и относительно большой размер самого восьмерика. В результате выигрывает внешний вид здания и проигрывает - внутренний.  Внушительный свод  четверика давит на зрителя и визуально отсекает светлый восьмерик, который воспринимается только при задранной голове. Конструктивное решение свода просто и наглядно: лотки малых граней восьмерика покоятся на миниатюрных тромпах, лотки больших  граней - непосредственно на стенах. В более изысканных чухлоциссистских храмах чётко выраженных границ между лотками нет, отверстие в своде имеет овальную форму.

Последний элемент внутреннего пространства храма - апсида.


Она довольно обширна и свод её неплохо сохранился, несмотря на то что служит “кашпо” для растущих снаружи деревьев, корни которых украшают стены:


На одним из окон апсиды видны остатки росписей


Впрочем, единственный прилично сохранившийся фрагмент росписи расположен не в апсиде, а на одном из окон основного объёма

Он позволяет предположить, что росписи в храме были довольно высокого качества и должны были производить сильное впечатление на зрителя.
После осмотра интерьера предстояло наконец главное: прорваться на юг и рассмотреть храм снаружи. Стоило мне высунуть нос сквозь проём утраченной двери,  как стало ясно: предстоит не слишком приятная прогулка. Сплошной борщевик, к тому же даже и по нему особо не загуляешь: только к юго-востоку небольшой прогал между деревьями. Путь сквозь борщевик прокладывался методом “карточного домика”: наступаешь на стебель близко к корню, растение наклоняется и нагибает соседние растения, появляется возможность наступить и на них и т.д. Метод позволяет прокладывать дорогу сквозь жгучие растения, не рискуя коснуться их руками или лицом. Увы, добыча оказалась не слишком богатой:

Впрочем, это всё равно намного больше того, что я смог найти ранее в интернете. Пусть по этому виду трудно оценить эстетические достоинства архитектуры, зато можно попытаться угадать основные идеи архитектора. Увы, только угадать. Потому что, в то время как верхняя часть храма сохранилась практически полностью, нижняя представляет собой совершеннейшую руину.  Довольно необычную. Сохранились все 8 колонн, по 4 с каждой стороны, однако от антаблемента не осталось почти ничего. Только одна деревянная  доска  архитрава, небольшие кирпичные фрагменты над крайними колоннами и металлические связи.


Не сразу можно понять и внешнее строение перехода от четверика к восьмерику. У большинства чухлоциссистских храмов оно представляло собой систему ступеней-цоколей, с четырёх сторон охваченных щипцами фронтонов. При этом портик чаще всего состоял из пилястр или, в “особо шикарных” случаях, из почти вплотную приставленных к четверику колонн. В Троицком  вынос коллонн весьма велик, переход от 4ка к 8ку - невероятно высок и крут, трудно представить себе 4-щипцовую чехлоциссистскую конструкцию, которая “вытянула”  бы подобный “экстрим”.  Впрочем, её тут скорее всего никогда и не было. Как и кирпичных фронтонов вообще. Если бы он рухнули,  у подножия храма всё было бы завалено кирпичами. К тому же если они рухнули, почему боковые кирпичные стенки карниза (те, что над крайними колоннами) остались целы-невредимы? Видимо, фронтоны были деревянными и давно сгнили. Осталась только балка архитрава, поддерживаемая снизу металлической связью и, возможно, остатки одной из поперечных балок фронтона.



Деревянный фронтон над каменными колоннами - решение довольно странное. Обеспечить гармоничный вид подобной конструкции очень нелегко. Заметной экономии на стоимости материалов это тоже дать не могло. Так в чём смысл? Чтобы его обнаружить, следует внимательно вглядеться в наружную поверхность свода четверика. Она только на первый взгляд кажется беспорядочной грудой кирпичей. На самом деле, кирпичный свод не так уж и сильно пострадал от времени. Просто он, судя повсему, изначально и не предназначался для глаз, будучи скрыт металлической кровлей. Неплохо сохранившиеся ступенчатые выступы, вероятно, служили опорой для её деревянных стропил. Кажется, сохранилась даже одна из таких стропил, застряв между выступами кирпичей. Она сильно пострадала от времени, однако криволинейная форма неплохо читается и сегодня.



Криволинейная кровля свода четверика в практике чухлоциссизма не уникальна. Таковая присутствует на храме села Туровского. Но в Туровком портик каменный. Впрочем, он состоит из не отделённых от четверика полуколонн, в то время как в Троицком - полные колонны, да ещё с приличным выносом. Вероятно, строителям пришла в голову идея: если уж всё равно нужно сооружать масштабную стропильную конструкцию вокруг свода, почему бы не интегрировать в неё стропильную конструкцию двускатной крыши над колоннами (сиречь фронтона)? Технологически такое решение было, надо думать, вполне оправданным.
К сожалению, значимых остатков самой кровли мне обнаружить не удалось. Один ржавый кусок слева над южным фронтоном вроде есть, но по нему трудно о чём-нибудь судить . Нет никакого железа и у подножия храма.  Исчезновение кровли четверика  тем более странно, что кровля венчающего восьмерика сохранилась очень неплохо. Единственно что мне приходит в голову по этому поводу - что некогда этот металл был с четверика снят. Либо колхозу понадобился, либо алкашам во времена перестройки. Тогда, бывало, даже и колокола в металлолом сдавали. Кровля четверика куда более лёгкая добыча - не требует ни  богатырских усилий, ни альпинистских навыков.
Если мои предположения относительно конструкции храма верны, то в Троицком  имело место быть чрезвычайно интересное и оригинальное сооружение. Увы, оценить его достоинства воочию мы вряд ли когда-нибудь сможем. Но вероятно они были весьма велики. В пользу этого говорит качество архитектуры неплохо сохранившегося восьмерика. Его пятиглавие безусловно относится к числу лучших образцов чухлоциссизма наряду с пятиглавиями Покрова-Пемы, Николы на Быстрых, Николы-Острова и Чмутова.



Что касается принадлежности храма к чухлоциссизму, она изначально не вызывала у меня никакого сомнения. Личное посещение позволило обнаружить ещё один характерный чухлоциссистский признак, на прежних фотографиях не просматривавшийся - парные полуколонны на малых гранях восьмерика.

Я очень жалею, что не попытался прорваться сквозь борщевик на восток дабы исследовать снаружи густо заросшую апсиду. Честно говоря, я про неё просто забыл. Все внимание было сосредоточено на четверике,  на том, как сделать его фотографии информативнее. Ну, может быть как-нибудь в другой раз, и лучше когда все эти берёзы будут стоять голыми. Впрочем, я не обольщаюсь. Их там столько, что даже и одних веток хватит для “хорошей жизни”.
Весь альбом с фотографиями Троицкого здесь

вторник, 12 ноября 2013 г.

Маршруты и метамаршруты




Список маршрутов

Архангельская область
     АР. К З от Каргополя
     АР. К Ю от Каргополя
     АР. К Ю от Котласа
     АР. К Ю от Онеги
     АР. К ЮЗ от Каргополя
     АР. Каргополь-Плесецк
     АР. Котлас - Шенкурск
     АР. Котлас-Сольвычегодск

Владимирская область
     ВЛ. Ковров - Владимир.kmz (не пройден)
     ВЛ. Ковров - Вязники.kmz (не пройден)
     ВЛ. К Ю от Вязников.kmz (не пройден)

Вологодская область
     ВГ. Устюг - Кич-Городок.kmz (не пройден)
     ВГ. Устюг - Лальск (не пройден)
     ВГ. Устюг-Котлас

Ивановская область
     ИВ. Комсомольск

Калужская область
     КЛ. Мещовск-Мосальск.kmz (частично пройден в 2013 году за 2 дня)

Кировская область
     КР. В Котельнич с Запада.kmz (не пройден)
     КР. Вятка-Зуевка.kmz  (частично пройден в 2014 году)
     КР. Вятка-Истобенск.kmz (частично пройден в 2014 году)
     КР. Вятка-Уни.kmz (частично пройден в 2014 году)
     КР. Вятка-Уржум.kmz (частично пройден в 2014 году)
     КР. К С-В от Вятки.kmz (не пройден)
     КР. К С-З от Котельнича.kmz (частично пройден в 2014 году)
     КР. К Ю от Вятки.kmz (частично пройден в 2014 году)
     КР. Котельнич-Вятка.kmz (частично пройден в 2014 году)
     КР. Котельнич-Яранск.kmz (не пройден)

Костромская область
     КС. К В от Буя.kmz (пройден в 2013 году)
     КС. К В от Чухломы.kmz (не пройден)
     КС. к З от Буя.kmz (частично пройден в 2013 году)
     КС. к З от Костромы.kmz (пройден в 2013 году)
     КС. Кострома - Буй.kmz (частично пройден в 2013 году)
     КС. Ржавое кольцо Галича.kmz (по следам путешествия 2012 года)
     КС. Солигалич - Судай - Чухлома.kmz (частично пройден в 2014 году)

Липецкая
     ЛИ-ТЛ. Епифань-Данков
     ЛИ-ТЛ. К З от Данкова

Тверская область
     ТВ. Кимры - Кашин.kmz (частично пройден в 2014 году за 2 дня)

Тульская область
     ТЛ. К С-З от Тулы.kmz (частично пройден в 2014 году)
     ТЛ. К ЮВ от Богородицка
     ТЛ. Вокруг Венева

Ярославская область
     ЯР. К С от Борисоглеба.kmz  (имеется в виду пос.Борисоглебский. Частично пройден в 2013 году)
     ЯР. СЗ от Мышкина.kmz (пройден в 2014 году за 2 дня)
     ЯР. Козьмодемьянск.kmz (частично пройден в 2014 году)
     ЯР. Татищев погост.kmz (короткий, только асфальт, пройден в 2013 году)
     ЯР. Ярославль-Любим 
    ЯР. К Северу и Востоку от Любима 
    ЯР. К Западу от Любима

Пояснения.

Несколько лет назад я занялся занесением на глобус Google Earth памятников архитектуры центральной России. Я был вполне доволен результатом, раз за разом используя гугловую программу для планирования путешествий.

Ещё удобнее стало жить, когда Гугл позволил загружать сохранённые метки непосредственно в сотовый телефон.

Рулишь на авто и видишь на экранчике: вот она, рядом. Только, увы, непонятно, как к ней проехать. Где дорога, какова дорога и существует ли эта дорога вообще. Правда, если памятник находится в населённом пункте, то можно обратиться к услугам навигатора. Но и здесь незадача: карты России для навигаторов, мягко говоря, далеки от идеала, по российской глубинке маршруты рисуются порой совершенно фантастические. Мне, бывало, навигатор бесконечные кольца рисовал. Ну, а если памятник - в забытом богом урочище, то про навигатор вообще лучше не вспоминать.

Чтобы как-то всё-таки добраться к вожделенным памятникам архитектуры, я стал наносить на карту не только сам памятник, но и точки, важные для поиска дороги к нему. В основном, это те точки, где нужно менять направление движения (повороты). Сложив всё вместе, получаем нечто вроде маршрута.

Аппетит, как известно, приходит во время еды. Так и здесь. Оказалось, что именно на маршрутах удобно отражать доступность памятника, о чём я ранее мечтал при составлении архиметок (я как-то даже попытался в конце наименования памятника указывать количество километров бездорожья). Маршруты предоставили возможность гораздо более красивого и информативного решения: достаточно менять значки узлов маршрута в зависимости от качества следующей за ними дороги. Надо только как-то систематизировать это самое качество. Самый простой метод классификации: деление на асфальт и грунт. Оно даже в навигаторы обычно закладывается (мой нынешний Гармин регулярно велит: “поворот налево на ГРУНТОВЫЙ дорожка”). Но такая классификация меня не устроила. В российской глубинке понятие ”асфальт” носит, я бы сказал, философский характер. В Костромской области, к примеру, мне встречался такой асфальт, по сравнению с которым приличная грунтовка покажется просто манной небесной. Поэтому я решил разделить дороги всего на два вида.

1. Те, по которым самый обычный автомобиль (ну, типа, жигулей) проедет без проблем при любом раскладе. Пусть даже на скорости 10 км/час. Главное - проедет. Случаи стихийных бедствий не рассматривались. В том числе, снежные заносы. Для них, кстати, без разницы: асфальт-не асфальт.

Повороты, за которыми следуют такого рода дороги, обозначались значком “мотоцикл”.

2. Все остальные дороги. Для жигулей проезд не гарантирован. Что касается внедорожников, то внедорожник-внедорожнику рознь. Где-то и кашкай, может, прорвётся, а где-то и трактор застрянет. Совершенно нереально оценивать дороги с точки зрения того, требует ли она наличия на авто блокировки дифференциала. Так что вопрос “проеду ли?” оставлен в данном случае на усмотрение владельцев внедорожников.

Повороты, за которыми следуют такого рода дороги, обозначались значком “пешеходы”.

На самом деле, я использовал ещё и тип 3, обозначаемый значком “лошадь”. Это что-то среднее. То есть в сушь жигуль наверно проедет, а если после дождя… Внедорожник же - почти наверняка. Но надо понимать, что эта градация - весьма субъективна. Обычно я обозначал дорогу таким образом, если у меня имелся достаточного хорошего качества космоснимок, на котором видно, что это грунтовка, но полоска - более-менее чистая и ровная. Если же дорога двоилась и троилась, значит народ регулярно ищет варианты объезда проблемного участка, а посему это не “лошадь”, а “пешеходы”. Иногда лошадью обозначались дороги, качественных снимков которых не было ни в гугле, ни на яндексе (главные источники информации), но мне казалось, что дорога там неплохая.

Если значки поворотов способны кодировать тип дороги, то значки архиметок - нет (они кодируют ценность памятника). Считалось, что после архиметки идёт такого же качества дорога, какая была до неё. На самом деле, так обычно и бывает. Но если качество меняется, то сразу после архиметки будет проставлен соответствующий знак качества дороги.

Как строились названия точек маршрута.

Указывалось, прежде всего, к какой архиметке ведёт эта точка и, через слэш, направление поворота. Например: “на Сусанино / лево”. Дальше следовал порядковый номер точки. Сначала я вёл сквозную нумерацию точек маршрута. Однако в случае внесения изменений и исправления ошибок мне приходилось перенумеровывать большое количество точек. Когда мне это надоело, я ввёл “вложенную” нумерацию. Что это такое.

К примеру, вы едете из Костромы в Буй по соответствующему шоссэ. Но - не экспрэссом. Время от времени сворачиваете то туда, то сюда. 10-й поворот - на село Домнино. Впрочем, сначала вы планируете осмотреть колокольню села Хрипели. Тогда обозначение точки маршрута, в которой вам предстоит свернуть с шоссэ, будет иметь вид:

на Хрипели / право 10ДО1.

Сие означает: 10-я точка основного маршрута, являющаяся при этом первой точкой вложенного маршрута с аббревиатурой “ДО” (от ”Домнино”). В этой точке надо выполнить поворот направо. Текущая цель - Хрипели. Следующая точка маршрута будет обозначена

на Хрипели / право ДО2.

Что значит: вторая точка вложенного маршрута “ДО”. Обратите внимание, что здесь оставлена только нумерация вложенного маршрута - чтобы в случае корректировок не править лишнее.

следующим пунктом маршрута будут, собственно, Хрипели, обозначаемые так:

Хрипели ! / ДО3 -ДО2 право

“ДО3”, как вы, наверное, уже догадались, означает 3-ю точку вложенного маршрута “ДО”, что же касается “-ДО2 право”, то сие значит, что следует возвратиться в точку ДО2, и в этой точке повернуть направо. Направление движения после возврата указывалось не всегда. Если оно не указано, значит, после возврата следует продолжать движение в прежнем направлении.

В конце концов вы окажетесь в Домнине, обозначаемым следующим образом:

Домнино $ / ДО4 -- право

Двойное тирэ в конце означает возврат к началу вложенного маршрута “ДО”. В точке возврата надо будет повернуть направо. Что означают восклицательные знаки и доллары - см. экспликацию архиметок.

Иногда вместо “-” и “--” использовались “+” и “++” (соответственно). Эти знаки указывают, что движение в соотв. точку происходит по новой траектории (не “пятясь”, а вперёд). Такое движение актуально прежде всего для кольцевых маршрутов.

Наличие альтернатив помечалось символом ":" ,  после которого через ";" перечислялись сами альтернативы. К примеру: "12: лево СЛ1; прямо".  Что означает: в 12-й точке основного маршрута можно повернуть налево - там начинается встроенный маршрут СЛ, а можно продолжать ехать прямо. В точке слияния альтернатив их обозначения соединяются знаком "=". Например: СЛ5=16. Обозначения альтернатив введены не сразу, так что в ранних маршрутах "возможны варианты".

В конце обозначений точек маршрута может указываться протяжённость участка до следующей точки (или до следующей архиметки, тогда перед цифрой ставился знак равенства) в километрах. Она представляет собой цифру километража с “к” или "км" на конце: “11к” или "=11км". Впрочем, указание расстояний не рассматривалось как обязательное. Кроме того, этот километраж - очень приблизительный. Обычно я примерно измерял инструментом “линейка” расстояние между двумя точками, не учитывая всякого рода зигзаги.

Точность нанесения поворотов на карту соответствовала точности архиметок в данном районе (определяется обозначением *** - см. экспликацию к архиметкам).

В маршрутах можно встретить ещё один значок: “пловец”. Он обозначает различного рода естественные препятствия, прежде всего броды через ручьи и небольшие реки. Впрочем, понятие “небольшие” довольно растяжимо.

Если в одном населённом пункте находится несколько памятников, то они чаще всего нумеровались одинаково, через тире. Например, 10-12 (это если памятников 3, номер первого - 10). Возможен вариант использования одного номера со звёздочкой на конце: "10*". Если памятников очень много, то они объединялись в единую папку, которой придавался общий номер. Отдельные архиметки в этом случае не нумеровались вообще. В гугловом навигаторе не будет видно ни папки, ни её номера, но пользователь наверняка сообразит, какие памятники имеются в данном городе и в каком порядке их лучше осмотреть. Решение проблемы навигации в городах в мои задачи обычно не входило.

Дополнительно о поворотах. Понятие “поворота” здесь примерно такое же, как в навигаторах: не просто точки, где дорога поворачивает, но где она разветвляется и витязю нужно делать выбор. Исключение составляли случаи, когда неравнозначность дорог очевидна (от шоссэ отходит лесная тропинка), и нужно продолжать двигаться по главной дороге. Чаще всего не отражались и случаи, когда примерно равнозначная дорога уходила резко в сторону, а нужно было продолжать двигаться прямо. Впрочем, иногда в маршрут включались “повороты без поворотов” - это когда знак поворота сопровождался указанием “прямо”, или вообще без указаний направления (что то же самое). Они означали продолжение движения в прежнем направлении (возможно, со сменой качества дороги). Указания направления могли быть самыми разными. К примеру, “левее”, “назад” или “на Юг”.

Несколько иной тактики я придерживался, если речь шла о просёлочных дорогах, обозначенных значком “пешеходы”. Там нет деления на главная/второстепенная, поэтому я старался отображать ВСЕ изменения направления движения. Практика показала, что для полевых “стёжек-дорожек” чем больше точек нанесено, тем лучше. Ибо дорога, хорошо видимая из космоса, в реале порой не просматривается вообще, и у путника быстро возникает ощущение “потерянности в пространстве”.

Если до объекта, отмеченного архиметкой, расстояние от дороги не более километра, то съезд к нему в маршрут мог не включаться. Считалось, что пользователь в состоянии сам сообразить, когда и куда свернуть.

Одно изменение коснулось описания самих архиметок. Аббревиатура “бл” (иногда “бзл”) добавлялась в их наименование, если памятник настолько зарос со всех сторон, что в летний период его практически невозможно разглядеть. Лучше посещать такие памятники в период, когда деревья стоят Без Листвы. Впрочем, иногда и в отсутствие листьев рассмотреть что-либо бывает нелегко.

Метамаршруты.

Вся эта кампания затевалась как совершенно утилитарное составление конкретных маршрутов, однако со временем она переросла в нечто большее. Поначалу просто хотелось закладывать в маршруты “запас” на случай если куда-то не удастся проехать. Пусть будут запасные варианты, и чем больше, тем лучше. Кто знает, на сколько хватит сил и времени. В результате маршруты настолько разрастались, что маршрутами их было назвать уже трудно. Я придумал особое название: “метамаршруты”. Это как меню в ресторане: ни один клиент не в состоянии съесть все блюда за раз. Зато такое “меню” позволяет путешественнику оперативно изменять маршрут по своему желанию или по “производственной необходимости”.

Переход от маршрутов к метамаршрутам знаменовал собой переосмысление самого предмета, отход от субъективных пожеланий индивида к описанию объективной топологии пространства. Не секрет, что к большинству поселений российской глубинки ведёт, скажем так, не более одной приличной дороги. В этих условиях схема проезда является таким же атрибутом населённого пункта, как наименование или административное подчинение. Однако технически привязать к каждой архиметке совокупность точек маршрута не представляется возможным. Хотя бы потому, что выбор исходных пунктов подобных маршрутов не очевиден. В конце, концов, не от Москвы же их каждый раз прокладывать. Состав и размер метамаршрутов бывает не так просто выбрать. Я в этом вопросе придерживался обычно одного из двух подходов:

1. Объединял в один метамаршрут терминальные (ведущие к конечным пунктам) ветви, отходящие от связывающей два крупных населённых пункта магистрали. Например: “Кострома-Буй”, ”Кимры-Кашин”.

2. Объединял в один метамаршрут терминальные ветви, идущие примерно в одном направлении. Например : “К Ю от Скопина”, “К С от Борисоглеба”.

Но не редки были и исключения. Иногда метамаршруты привязывались к определённам районам или “якорным” населённым пунктам. Например: “Ржавое кольцо Галича”, “Татищев Погост”. Вполне допускалось вхождение архиметки сразу в несколько метамаршрутов. Ну и, кроме того, оставались и совсем небольшие маршруты, на звание “мета-” не претендующие.

В заключение о том как всё это пользовать. Так же, как и обычные архиметки. Вкратце повторю:

1. Скачать файл с маршрутом к себе на комп.
2. Зарегистрироваться на “Гугл плюс”. Если уже зарегистрированы - войти туда.
3. Зайти на Карты Гугл (https://maps.google.com)
4. Найти слева вверху значок меню (такие горизонтальные черточки) и нажать.
5. Нажать на "My Maps" (мои карты)
6. Нажать на "CREATE MAP" (создать карту - слева внизу)
7. Нажать на "Import" и затем выбрать файл с архиметками на своём компе (его надо, разумеется, предварительно скачать отсюда) или перетащить его куда будет предложено.
8. Ввести название карты (слева вверху). Его, к сожалению, нельзя импортировать.
9 Купить мобильное устройство на андроиде.
10. Настроить в нём ваш профиль “Гугл плюс”.
11. Скачать в “плэй маркете” бесплатное приложение “Мои карты” (от Google)  и запустить его.
12. Ткнуть пальцем в пиктограмму, на которой изображена папка (стандартное обозначение для режима “открыть”). В списке "созданные вами"  должна появиться созданная в пунктах 3-8 карта. Всё!
Предупреждение! Поскольку Андроид и программы для него периодически обновляются, последовательность действий может изменяться. Ну, кому надо, тот разберётся.

среда, 30 октября 2013 г.

Кострома-Буй

В этом году я сподобился исследовать С-З Костромской области. Эпицентром интереса стал город Буй. Сам он не то чтобы шибко интересен, однако окрестности - очень даже. В том числе дорога, по которой предстояло проехать из Костромы. Памятников архитектуры вблизи её такое множество, что одним днём никак не охватить. Я попытался охватить двумя днями (половина - туда, половина - обратно), и то далеко не всё посмотрел.

Начало маршрута получилось не слишком удачным. Я попытался прорваться к простой, но симпатичной церкви села Федорово, однако дорога становилась всё хуже и хуже, да и путь был неблизким. В конце концов я решил, что не стоит терять день ради одной церкви, тем более что на пути много более доступных и не менее интересных объектов. Об этом решении жалеть не пришлось: разбор полётов по возвращении показал, что маршрут к Фёдорову был проложен скорее всего неверно.

Первой остановкой стала усадьба Василево, от которой сохранился, и довольно неплохо, главный дом, используемый, к счастью, до сих пор для каких-то общественных нужд.


 в альбоме


Перед домом находится ещё некий старый деревянный “сарай”, в положении которого относительно гл.дома трудно уловить какую-либо планировочную идею. На почтительном отдалении от главного дома находится парк или по крайней мере нечто, похожее на его остатки.

Совсем недалеко от Василёва расположено село Сухоруково, на село уже мало похожее. Местная церковь, довольно заросшая и порядком руинированная,


 



сохранила внутри часть деревянных конструкций иконостаса, среди которых особенно интересен венчающий крест с фигурами по бокам.



Чтобы добраться в следующий пункт маршрута, Спас-Бураки, пришлось сначала вернуться назад к Сухорукову. В Спас-Бураках два храма, однако главный, Спасо-Преображенский, оказался закрыт лесами,

так что пришлось уезжать несолоно-хлебавши.

Дальше, совсем недалеко от шоссэ, нас поджидала церковь села Афонасово, от которой так мало осталось, что особо и не на что было смотреть.

К тому же к нам там подбежал не слишком приятный старичок, донимая предупреждениями, что “в следующий раз” мы сюда заехать не сможем, потому что местные власти отказались поддерживать сельскую дорогу (там, наверное, метров 200). Старика, конечно, жаль, но достал он капитально.

Следующий пункт маршрута представлял для меня особый интерес: церковь села Троицкое представлена в интернете только несколькими фотографиями, по которым можно сделать вывод о её принадлежности к “чухлоциссизму”. Однако фотографии были недостаточно информативны, и архитектура храма в целом представляла собой загадку. Увы, загадку эту мне разгадать не удалось, хотя сделанные фотографии позволяют в некоторой мере восполнить дефицит информации.

Впрочем, о Троицком я планирую как-нибудь рассказать отдельно.

Из Троицкого наш путь лежал в усадьбу Медведки. Она оказалась намного интереснее предыдущей (Василёво). Первым делом посетителя встречает конный двор с эффектными (об изяществе умолчим) парадными воротами.

Впрочем, меня впечатлили не столько они, сколько романтический восьмигранный павильон (манеж?), который я долго фотографировал из-за зарослей травы.


Честно говоря, не помню, почему я не стал пробираться к нему ближе. Может, просто из-за цейтнота. В конном дворе располагается конезавод или что-то типа того. Я заглянул туда, пытаясь распросить пипл нащот проезда в Кишино, но там не было ни души… Впрочем, ну как это “ни души”: а те грациозные животные в загонах, с умными человечьими глазами?.. Пришлось тем не менее искать “языка” в соседнем селении. Выяснилось, что проезд в Кишино не лёгок (в результате мы от поездки туда отказались), а конезавод имеет трудную судьбу, причём чем дальше, тем труднее.

Конный двор - не всё, что есть в Медведках. Там ещё имеется главный усадебный дом, задний фасад которого смотрит на парадные ворота конного двора. Впрочем, дом этот настолько руинирован, что понять где там зад, а где перёд довольно затруднительно. Тем более я был удивлён, когда, обойдя руину, обнаружил с противоположной её стороны остатки портика, архитектурное качество которого намного превзошло мои ожидания.


Судя по всему, к проекту дома приложил руку хороший архитектор. С тех самых пор, похоже, руки к дому никто больше не прикладывал, вот и доживает бедняга последние свои годы.

Дальше мы помчались в Насакино. Это урочище, но расположено оно недалеко от вполне живой деревни Новосёлки. Насакинская церковь - типичный местный образец скромного барокко.

Настолько скромного, что не совсем понятно, барокко ли это. На самом деле, такое принято считать ранним классицизмом, но во мне всё сопротивляется подобной классификации. И дело даже не в том, что говорить о раннем классицизме в 1824 году смешно, а в том, что под Костромой в 1824 году вовсе не использовали те приёмы, которые в столицах практиковались в 1774-м. В столицах такого “раннего классицизма” практически никогда и не было. Это скорее редукция, чем запаздывание. Причём мышление провинциальных архитекторов оставалось, по сути, барочным.

Как бы то ни было, глядя на немудрёный насакинский храм, в который раз убеждаешься, что талантливый архитектор способен и примитивный параллелепипЕд превратить в произведение искусства. К счастью, Насакинскую церковь можно кое-как разглядеть среди зарослей, что для костромских урочищ - редкость. Но даже если бы и нельзя было, все равно заехать в Насакино имело бы смысл. Ибо самое интересное там - внутри. Довольно качественные и неплохо сохранившиеся (особенно на потолке) росписи вряд ли оставят кого-то равнодушным.
 

Правда, нам не очень повезло: уже начинался вечер, и света в храме было маловато.

С учётом надвигающегося вечера наш следующий рывок в Мышкино (урочище тож) был поступком малообдуманным. Там может и было бы на что посмотреть, если бы удалось что-то разглядеть.


Гораздо интереснее казался расположенный чуть дальше храм села Владимирово, но из бесед с местным населением мы поняли, что нам туда просто так не добраться. День неумолимо катился к закату, и последнее, на что мы решились, была отворотка на запад на Буяково и др., причём было сразу ясно, что далеко не все “др.” мы успеем окучить. Отворотка начинается перед самым Сусаниным, на главную церковь которого с неё открывается замечательный вид.

Впрочем, вид, открывающийся при подъезде к Буякову, ничуть не хуже.

Храм впечатляет и вблизи, хотя к шедеврам архитектуры его вряд ли можно отнести. 

В Буякове мне было велено “кончать сидроль” и гнать напрямую в Буй, но я под соусом “это прям на дороге” умудрился-таки посетить аж ещё целых два места. Сначала - Андреевское, с полуразрушенным каменным храмом.


Впрочем, самым интересным оказался не он, а , что явилось для меня неожиданностью, крайне руинированный храм деревянный.

Возможно, у меня просто мания гнилых досок.


Напоследок мы заехали в Носково, но это, как говорится, “до кучи”.


Такому путешествию подобал бы более яркий финал. Увы, финал выбирать уже не приходилось. До Буя мы доехали в густых сумерках и устроились на ночлег не без проблем (в той гостинице, которая на окраине и в 2 раза дороже). Зато в Буе нашёлся ресторан, где “цезарем” называется не салат из китайской капусты с майонезом, что для костромской области - редкость. Вообще, Буй оказался городом на удивление цивильным и богатым по сравнению, скажем, с Галичем или тем более с Макарьевым, где нам год назад вообще не удалось пожрать.

Что касается архитектуры, то с ней в Буе не так хорошо, как с общепитом. Впрочем, архитектуры Буя я, может быть, коснусь подробнее как-нибудь в другой раз. Вернёмся к дороге Буй-Кострома, а именно к той её части, которая простирается от Сусанина до Буя и которую, за наступлением сумерек, нам пришлось проскочить экспрессом в первый день. На обратной дороге мы предприняли попытку её исследования. Первым пунктом была церковь села Лужок, дивный образец смелой эклектики.


Впрочем, она тоже достойна отдельного рассказа. К слову, в Лужке моя спутница решилась сменить стиль своей благотворительности и перестала кормить местных собак бастурмой. Оказалось, что обычный московский хлеб они воспринимают с не меньшим энтузиазмом.

Далее наш путь лежал к Макарию на Письме. Звучит заманчиво, однако церкви погоста, ныне превращённого в монастырь, после нитрид-титанической реставряции смотрятся довольно уныло.


По дороге мы попытались выяснить, можно ли попасть к другому погосту - Покровскому, но чел из близлежащей деревни про него ничего не знал, зато стал рассказывать про какие-то мифические церкви возле Лужка. Мы даже заехали повторно в Лужок, чтобы разузнать у местных про сии загадочные храмы, но нас там быстро разубедили в их существовании.

Следующая остановка - в расположенном недалеко от шоссэ селе Борок. Там восстанавливается Железноборовский м-рь, на монастырь, впрочем, не очень и похожий: так, стоит пара храмов за заборчиком. Один удручает разрухой, другой - стерильной белизной. Впрочем, колокольня всё равно хороша.

Недалеко от монастыря - Христорождественская церковь, прекрасный образец классицизма. Классицизм классицизмом, но без огромной крытой лемехом луковицы да на столь же огромном барабане в костромских краях обойтись было никак нельзя. Ну и что, получилось всё равно замечательно. Вместе с изящной колокольней и стильной оградой - редкой красоты ансамбль.


Пока я этот ансамбль фотографировал, из соседней избы выбежала бабка и начала на меня бросаться: а что это вы тут делаете? А вам батюшка разрешил? Ну, мы ей как могли объяснили, почём пусси райотс, но настроение она нам всё равно испортила. Страшно подумать, что этой бабе-яге мы чуть было не подарили захваченный из Москвы старый утюг.


Следующая цель была, пожалуй, самой интригующей на всём маршруте. Три расположенных неделеко друг от друга церкви: Новографское, Смольница (ударение на перв.слог) и Станки. Новографское - так себе, Станки - хороши, а Смольница… её фото над весенним прудом так и тянуло меня в костромскую глушь. Все три села - мёртвы, дороги к ним из космоса не просматриваются (хороших снимков нет ни в гугле, ни в яндексе), от ближайшего живого населённого пункта (Ильино) - не меньше 3 километров. Не то чтобы очень много, но в условиях насыщенного маршрута и непонятно какой дороги я не рассчитывал на успех. Тем более что 3 километра - это до Новографского, где особо смотреть не на что, а до Смольницы - гораздо дальше. В таких случаях я стараюсь хотя бы доехать до ближайшего доступного нас.пункта и там выведать у местных жителей подробности проезда к цели. В Ильине я пристал с расспросами к даме средних лет, которая, как оказалось, ранее жила как раз в Новографском. По её словам, Новографское ещё при советской власти было признано бесперспективным и оттуда всех жителей принудительно выселили. Та же учесть постигла и Станки со Смольницей. Церковь в Станках она в децтве посещала, а в Смольнице не была ни разу (это притом что от Новографского до Смольницы километра полтора!). Не так давно в новографском поселились “охотники”, и проехать туда вроде бы можно. Люди ездят. Честно говоря, мне ранее не встречались населённые пункты “охотников”, и я на всякий случай задал вопрос, не охотятся ли они на людей. Ответ был: не боись, люди они нормальные…

Дорога до Новографского оказалась довольно плохой (колейность!), но для моей новой витары да с шинами ”борис фёдорыч” угрозы не представляла. Довольно скоро слева начал заманчиво проглядывать купол Смольницкой колокольни, то появляясь, то исчезая за деревьями. Первое что мы увидели в Новографском - строящийся деревянный дом, перед которыми стояли два “охотника”, один из которых разговаривал по сотовому (ну ни фига себе, в такой глуши ловит сигнал!). На моё обращение “как попасть в Смольницу” мне было сказано, что щас они позовут местного жителя (ну что за память! Всё же, кажется, его звали Виктор), и он мне всё объяснит. По акценту (и внешности) я определил, что “охотники” - скорее всего грузины. Таких приветливых и интеллигентных охотников я, кажется, ещё не встречал. Через некоторое время из огороженного мет.сеткой загона, внутри которого резвились кролики и цесарки (!), показался “местный житель”. К Станкам вообще, оказалось, можно проехать на машине, но нас интересовала прежде всего Смольница. Чтобы туда попасть, нужно, как нам объяснили, спуститься вниз и потом повернуть налево. По дороге мы осмотрели церковь Новографского, со всех сторон плотно укрытую деревьями. 



Если она чем и примечательна, то прежде всего запредельно пафосной табличкой, призывавшей преклонить колени перед “святым и светлым” местом и лежащими там “самыми честными” людьми.



Колени мы преклонять не стали, а отправились вниз по склону, наслаждаясь захватывающим видом на расположенное вдали (7км) село Костома, с еле различимой церковью (и почему я поленился захватить с собой “трубу”?). Внизу мы повернули налево, и очень скоро инструкция “местного жителя” перестала нам помогать. Возможно, мы просто плохо её запомнили. Вощем, прошли нужный поворот налево. Но не особенно об этом не пожалели, потому что мы вышли на поле, с которого открылся замечательный вид на смольницкую церковь (к сожалению, только на её верх) с Востока. Продираться напрямую к церкви через бурьян мы не захотели и вернулись назад, до пропущенного поворота. Дорога стала подниматься наверх, и скоро впереди показались строения заброшенного села, а справа - церковь. 


Она заслуживает отдельного повествования, скажу только, что это храм довольно велик (не сравнить с Новографским) и что это довольно типичный образец , каких в местных краях множество (см. Насакино), разве что размером меньше. Нетипична только колокольня, скупая архитектура которой покоряет исключительной целостностью образа. Смольница расположена на высоком холме, с которого открываются красивые виды - в том числе на шпили колоколен Новографского и Станков. В Станки мы, к сожалению, на сей раз не попали (после Смольницы нужна была пауза). По возвращении в Новографское я исполнил просьбу Виктора (?) - притащил ему из машины атлас Костромской области. Оказывается, вот зачем: требовалось убедиться, что Новографское, Смольница, Станки и Костома образуют на карте крест. В общем-то, так оно и есть, только одна сторона чуть ли не в 4 раза длиннее другой. Когда мы уже было собрались попрощаться, мне был задан вопрос: “а барский-то дом вы видели?” Оказывается, в Смольнице была усадьба, про которую интернет умалчивает. Честно говоря, исследовать село я даже не пытался. Дома были близко, но там такие бурьяны, что каждый шаг в сторону стоил немалых усилий. Смольница, оказывается, опустела совсем недавно. Ещё несколько лет назад там жили две сестры-старушки, но одна из них умерла, после чего другая покинула здешние края. Я живо себе представил двух старых женщин среди костромской глуши, в пяти километрах от ближайшего магазина. Сюр… Виктор поинтересовался, кто меня инструктировал в Ильине: “Третий дом слева?... Так и думал. Неправду она тебе сказала. Никого из Новографского не выселяли. Сами уезжали…”


После такого яркого путешествия впору было закругляться, но неумолимая дорога привела нас в село Головинское, где церковь от дороги - рукой подать. Она правда совсем в плохом состоянии, тем удивительнее, что она оказалась способна произвести впечатление. Уж больно красиво поставлена. 


С одной стороны пруд, с другой - обрыв с видом на бескрайние костромские поля.

Маршрут постепенно снова стал набирать обороты, и вот мы уже мчимся по красивейшей дороге в Сумароково, где сохранились остатки Троицкого монастыря, ныне занимаемого дурдомом. То есть в дурдоме находится самый новый храм, который ныне восстанавливается, но там до победы, впрочем, ещё очень далеко. Остальные храмы села - в удручающем состоянии. Впрочем, самое интересное что есть в Сумарокове, колокольня Никольской церкви, пока ещё в сносном состоянии. Это безусловно одна из лучших классических колоколен Костромской области. 


Дата 1763 относится, видимо, к основной, ныне почти до основания разрушенной, церкви, колокольня же была построена, судя по всему, много позднее.
На обратной дороге издали осматриваем часовню, построенную на месте рождения И.Сусанина


и мчимся в в Домнино. Там - женский м-рь, смотреть снаружи особо не на что,



зато внутри - есть.

Возвращаемся на шоссэ, с дороги снимаем колокольню села Хрипели,

и уже почти доехав до Сусанина, сворачиваем на восток в Исупово. Это называется жадность. Тащиться туда целых десять километров, а закат уже не за горами. Свет для съёмок - никакой, тем более что внутри исуповской церкви - сплошной мрак. Она и снаружи не слишком хорошо просматривается. Впрочем, храм небезынтересен.


Апсида отрублена напрочь, зато сохранилась конструкция иконостаса. Так что как бы прямо из иконостаса выходишь на улицу. Необычное ощущение.

И вот, наконец, конечная точка маршрута. Сусанино. Первым попадается Покровский храм - псевдорусский с почему-то полуциркульным окном. Тем не менее, впечатляет.

Далее - не менее впечатляющий старинный дом.


Чувствуется, имело бы смысл погулять по Сусанину часок-другой. Но до захода солнца остались минуты. Успеть бы добежать до Воскресенской церкви, той самой, которую мы видели издали. Оказывается, она стоит над водой. Как финальный аккорд - отблески последних лучей заката в окнах величественного храма.


По дороге в Кострому вспоминаю Смольницу и прихожу в ужас: пруд! Я же про него совсем забыл! Он, наверное, скрывался за зарослями крапивы. Как можно было не обойти, не снять… По приезде в Москву я вгляделся в опубликованное на гугле фото и решил, что, возможно, это вовсе и не пруд, а просто здоровенная весенняя лужа, от которой к лету ничего не осталось. А вдруг нет?

Альбом с кпупными фото: https://picasaweb.google.com/116181678839700792902/HBhKOC#


P.S. Для тех, кто, может быть, захочет покататься в тех краях, я подготовил “метамаршрут”. Что это такое, планирую рассказать в отдельном посте, там же и сам маршрут будет опубликован.